Метка: Дональд Трамп

Губернатор Флориды и другие лидеры штатов предоставляют более строгие условия к ИИ-компаниям в попытках защитить своих жителей в регионах. В условиях острых издержек при строительстве дата-центров и встраивании новых технологий в экономику США формируется дело Верховного суда, которое определит будущее ИИ-стратегии президента Дональда Трампа. Высшая инстанция решит, можно ли пренебречь комфортом американцев ради достижений в американо-китайском соперничестве

Предпосылки конфликта

Начиная с первых дней предвыборной кампании Дональд Трамп поддерживал курс на «особый статус ИИ»: еще в 2024-2025 г. республиканцы выстраивали свою «платформу» вокруг усиления инвестиций в стратегическое развитие искусственного интеллекта. 

Вскоре после инаугурации в январе 2025 г. администрация принимает ключевые документы, на которых строится вся ИИ-индустрия сегодня – Исполнительный указ 14179 «Об устранении барьеров на пути глобального доминирования США в ИИ». (Executive order 14179). В июле этого же года последовал 28-страничный документ: «План по развитию искусственного интеллекта» (America’s AI Action Plan) – долгосрочная стратегия Вашингтона в сфере ИИ, покрывающая как внутреннее развитие, так и вопрос «технологической войны» c Пекином. Последним столпом правовой архитектуры искусственного интеллекта является указ «О единой системе регулирования ИИ»: направлен на минимизацию государственного управления в секторе в пользу независимости крупных компаний.

Первый – отменил регуляции команды Байдена и поставил цель глобального доминирования в технологическом секторе. Юридически это фундаментальный акт, на который ссылаются все последующие: раздел 3 буквально призывает чиновников разработать детальный план развития – будущий America’s AI Action Plan.

Второй представляет из себя более 90 рекомендаций по темам ускорения инноваций, ИИ-инфраструктуры и мер по установлению глобальной безопасности. Стратегия не является обязательной, но для федеральных агентств представляет собой дорожную карту политической повестки.

Третий – наиболее противоречивый – запретил введение любых ограничений в сфере ИИ на региональном и муниципальном уровнях. Исполнительный указ максимально ограничивает штаты в принятии дополнительных норм регионального права. Предвидев будущие судебные разбирательства из-за радикальности указов, администрация Трампа ввела специализированную юридическую рабочую группу для оспаривания законов штатов – AI Litigation Task Force. Так, республиканцы по сути добиваются закрепление режима «федерального верховенства» в сфере искусственного интеллекта.

Ответ региональных чиновников

Правовой «вакуум» в сфере ИИ на национальном уровне в 2024-2025 гг. привел к тому, что отдельные штаты стали разрабатывать собственные регулятивные модели. 

Например, демократические Калифорния и Нью-Йорк потребовали у бизнеса раскрывать использование ИИ в пользу клиентов. Штат Колорадо кодифицировал виды внедрения технологий – появился статус «высокого риска» ИИ-приложений, задействованных в найме, здравоохранении и кредитовании. Флорида предложила более комплексный подход: губернатор Рон Десантис, отказавшийся в своё время от предложения Трампа стать частью его президентской команды, предстаёт сегодня ключевым политическим оппонентом нынешней администрации помимо демократов.

Губернатор Флориды Десантис в ответ на указы президента выдвинул в декабре 2025 г. законодательный пакет из секторальных реформ: он включает 3 разносторонние инициативы, которые вместе формируют смягчение «ИИ-революции» для жителей штата.

Во-первых, «Билль о правах ИИ» (AI Bill of Rights) регулирует использовании ИИ детьми и вводит родительские полномочия. Включает в себя целый ряд социально значимых регуляций, таких как запрет на продажу личных данных, обязательную маркировку ИИ в политической рекламе и т.д.

Во-вторых, «Закон о страховых запретах» (HB-527) – мера по контролю за ИИ в страховом секторе при человеческом участии. 

В-третьих, «Закон о контроле дата-центров»(Data Center Control) – запрещает государственные субсидии крупным технологическим компаниям и наделяет местные органы власти правом отклонения проектов. 

Также ранее власти штата ввели «Запрет на использование китайского ИИ».

Хотя действия губернатора Флориды могут повлечь политические последствия, с точки зрения экономистов Десантис прав: ограничения не нанесут штату серьёзных потерь. Исследования показывают: 1 дата-центр создаёт лишь 100 постоянных «операционных» рабочих мест на объект – против 1700 во время строительства. Анализ техасского рынка выявил отсутствие значимого прироста занятости в масштабе региона. Эксперты отмечают: иногда наоборот – гонка за ИИ вызывает даже финансовые потери. Так, Вирджиния потеряла более $1 млрд налоговых поступлений лишь за 2024 г., а Техас – увеличил прогнозируемые убытки с $130 млн до $1 млрд. 

Также проблемой становится и обслуживание ИИ. Инфраструктурные издержки перекладываются на жителей: дата-центры в Вирджинии потребляют 26% электроэнергии штата, а жители Джорджии страдают от хронической нехватки воды, поставляемой в дата-центры. Все инновационные центры США к 2030 г. смогут потреблять, по подсчётам экспертов, более 10% электроэнергии США.

Мнение экспертов

По мнению американиста Арсения Канидьева, губернатор Флориды имеет высокие шансы переломить тренд федеральной власти на полный запрет законодательных инициатив регионов в будущем деле Верховного суда. 

«Потенциальное дело в Верховном суде между властями Флориды и администрацией президента проявляет глубокий идеологический раскол в восприятии регуляторных мер: политика Трампа – почти полная свобода компаний ради инноваций и национальной безопасности, а политика Флориды – локальный контроль для защиты граждан. Экономические исследования в действительности показывают неоднозначность высоких капиталовложений в ИИ: как с точки зрения коммерциализации, так и со стороны урона местному населению.

Ещё интереснее ситуация обстоит на юридическом уровне. Рон Десантис находится в значительно более выгодной позиции: его законы успешно проходят через процедуры легислатуры с поддержкой малого бизнеса, медицинских организаций и избирателей. Практически все компоненты правового пакета уже подготовлены к вступлению в силу после весенней сессии 2026 г. с последующим голосованием. Стратегия Флориды – легитимизация и массовая поддержка его действий населением без явной потери инвестиций.

Стратегия Трампа полагается исключительно на исполнительные приказы без одобрения в Конгрессе. Последний раз против инициатив ИИ Трампа проголосовало 99 из 100 сенаторов. Созванная администрацией команда юристов «AI Litigation Task Force», скорее всего, встретит судебное сопротивление уже в 2026 году 

Флорида, вероятно, будет иметь сильную позицию в суде благодаря прецеденту 2023 г., когда Верховный суд постановил: штаты имеют право устанавливать свои законы – даже в случае издержек для национальной экономики или бизнеса. Главное условие — закон не должен дискриминировать отдельные компании. Инициативы Десантиса о регуляции ИИ этому критерию соответствуют уже сегодня», — считает Арсений Канидьев.

Второй год нахождения в Белом доме администрации Дональда Трампа ставит перед азиатскими государствами задачи, требующие пересмотра устоявшихся практик в области торговой политики и военной сферы. 

Экономическое маневрирование

2026 год обещает стать периодом адаптации к более жестким условиям. Всемирная торговая организация уже пересмотрела прогноз роста мирового товарооборота в этом году. Ожидается, что он снизится с 1,8% до 0,5%.

Страны Юго-Восточной Азии сталкиваются с необходимостью поддерживать баланс между двумя крупнейшими экономиками мира (США и Китаем). Профицит торгового баланса Китая с остальным миром, превышающий 1 трлн долларов США, остается серьезным вызовом. В то же время администрация Трампа продолжает использовать тарифы как инструмент давления, что вынуждает государства региона вести сложные двусторонние переговоры.

Внутриполитическая ситуация в США также оказывает влияние на внешнеэкономический курс страны. Низкие рейтинги одобрения Трампа и возможная победа демократов на промежуточных выборах в ноябре 2026 года могут ограничить свободу действий президента. Эксперты отмечают, что ослабление позиций Трампа может привести к усилению роли Конгресса касательно проведения внешней политики страны. Так, Джошуа Курланцик, старший научный сотрудник по Юго-Восточной и Южной Азии в исследовательском центре «Совет по международным отношениям», подчеркивает: «Более слабый Трамп (прим. ред., – в случае победы демократов на промежуточных выборах 2026 года), вероятно, будет означать внешнюю политику, которая меньше зависит от того, с кем Трамп ладит лично, и больше – от влияния Конгресса и советников».

Диалог Пекина и Вашингтона

Несмотря на жесткую риторику 2025 года, начало 2026 года характеризуется признаками сдержанности как со стороны США, так и со стороны Китая по отношению друг к другу. Ожидается, что визит Трампа в Китай в апреле станет стабилизирующим фактором. Перенос сроков введения пошлин на китайские полупроводники на июнь 2027 года подтверждает стремление сторон избежать эскалации перед саммитом. Изменение тона заметно даже среди «консервативных» политиков США. Ван Цзычэнь, научный сотрудник «Центра Китая и глобализации», отмечает: «Если даже такие «ястребы» в отношении Китая, как Рубио, меняют свою позицию, это показывает, что США полны решимости не допустить ухудшения связей перед апрельским визитом».

Военные вопросы

2026 год станет определяющим для оборонной политики Японии. Страна планирует выделить рекордные 9 трлн иен на оборону, включая закупку гиперзвуковых ракет. К концу года Токио намерен пересмотреть ряд ключевых документов с сфере безопасности, отчасти отходя от политики пассивного пацифизма. Параллельно меняется подход к проблеме Северной Кореи. Из официальных документов США и Китая исчезли упоминания о немедленной денуклеаризации, что может свидетельствовать о переходе к так называемой «стратегии управления рисками» вместо попыток полного разоружения Пхеньяна.

В Юго-Восточной Азии эффективность АСЕАН продолжает подвергаться критике из-за конфликтов в Мьянме и на границе между Камбоджой и Таиландом. 

Общая тенденция для региона в 2026 году заключается в поиске гибких форматов сотрудничества и диверсификации внешних связей. Однако по мере усиления давления со стороны крупных держав сомнения в устойчивости существующих многосторонних форматов партнерства в регионе будут лишь нарастать, делая 2026 год для Азии периодом испытаний и переосмысления приоритетов.

Завершившийся в Кёнджу саммит Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества (АТЭС) стал площадкой для обсуждения будущего мировой торговли на фоне растущей геополитической напряженности. Представители от 21 страны, включая США, Китай, Японию и Южную Корею, приняли совместную декларацию, в которой подтвердили приверженность «торговле и инвестициям, приносящим пользу всем».

Ключевые договоренности

Особое внимание привлекла встреча президента США Дональда Трампа и председателя КНР Си Цзиньпина, ставшая первой с 2019 года. Лидеры договорились о временном «перемирии» в торговом противостоянии. После переговоров Трамп сообщил, что «снижает тарифы в отношении КНР, которые были введены из-за ситуации с фентанилом. Пошлины станут меньше вдвое, с 20 до 10%», что приведет к общему сокращению пошлин на китайские товары с 57 до 47%. Стоит отметить, что так называемый «тариф на фентанил» не относится к самому веществу. Это часть американских пошлин на широкий спектр китайских товаров, введённых в рамках торгового противостояния между Вашингтоном и Пекином. США связывают введение этих тарифов с попыткой заставить Китай активнее бороться с нелегальным производством и экспортом фентанила – синтетического опиоида, ставшего одной из причин опиоидного кризиса в США.

В ответ Китай согласился отменить экспортные ограничения на редкоземельные металлы, используемые в высокотехнологичных отраслях, а также возобновить импорт американских соевых бобов. США, в свою очередь, ослабят ограничения на поставки полупроводников.

В принятой декларации участники подчеркнули значение «устойчивых и взаимовыгодных торговых отношений» и выразили готовность к «углублению экономического сотрудничества в условиях изменяющейся мировой среды».

Южная Корея между США и Китаем 

Хотя президент США покинул Южную Корею до официального открытия форума, влияние Вашингтона отразилось в итоговом документе. Аналитики отметили, что в декларации прямо не упоминаются ни Всемирная торговая организация (ВТО), ни термин «многосторонность».

Профессор международной торговли университета Соган в Сеуле Хо Юн заявил: «Это результат признания странами-членами того, что будет трудно восстановить систему свободной торговли, основанную на многосторонности…». По его словам, «мы больше не можем отрицать, что происходит сдвиг парадигмы в международной торговой системе».

Си Цзиньпин, выступая на открытии саммита, отметил, что страны должны «работать вместе, сталкиваясь с все более сложной и нестабильной глобальной средой». Он также подчеркнул, что «Китай и Южная Корея – важные соседи, которых нельзя отдалить друг от друга», призвав решать разногласия путем «дружественных консультаций».

Президент Южной Кореи Ли Чжэ Мён обозначил задачу поиска нового равновесия между открытой моделью экономики и обеспечением национальных интересов и безопасности. 

«Система свободной торговли переживает сильную турбулентность, глобальная экономическая неопределенность углубляется, а динамика торговли и инвестиций ослабевает», — сказал он в приветственном выступлении.

Политик также выразил надежду, что страны региона смогут «укрепить стратегические коммуникации» и содействовать возобновлению диалога с Северной Кореей: «Важность мира и стабильности в регионе невозможно переоценить».

Южная Корея занимает особое положение между США и Китаем. США остаются ее главным «гарантом безопасности», размещая на территории страны около 28,5 тысяч военных, в то время как Китай является крупнейшим торговым партнером Южной Кореи, на долю которого приходится около 20% экспорта страны.

По словам директора по региональным вопросам Тихоокеанского форума Роба Йорка, Ли Чжэ Мён стремится, чтобы «отношения с ключевыми партнерами оставались стабильными, что означает снижение напряженности с Китаем, предотвращение ухудшения отношений с США и использование дипломатического наследия в отношениях с Японией». Он добавил: «Пока это будет означать дружественный тон [прим. – президента Южной Кореи] в адрес председателя Си и президента Трампа, при этом будут предприниматься шаги для уменьшения зависимости от США в области безопасности и противодействия операциям КНР в Южной Корее в сфере морских вопросов и технологий».

Перспективы

По итогам саммита председатель КНР Си Цзиньпин объявил, что следующий саммит АТЭС пройдет в ноябре 2026 года в китайском городе Шэньчжэнь.

Несмотря на осторожный оптимизм, участники АТЭС признают, что система мировой торговли переходит на новый этап, в котором национальные интересы всё чаще преобладают над принципами многосторонности. Принятая декларация отражает стремление стран региона к адаптации в условиях меняющегося экономического порядка, при этом сохраняя пространство для сотрудничества и поиска точек соприкосновения между крупнейшими игроками.

Бывшие союзники по консервативному лагерю Дональд Трамп и Илон Маск оказались в ситуации острого конфликта. Эксперты предупреждают, что ссора может дорого обойтись обоим оппонентам и повлияет не только на США

Конфликт между президентом США Дональдом Трампом и миллиардером, основателем космической компании SpaceX и автопроизводителя Tesla Илоном Маском был неизбежен. Такое мнение высказал источник издания Washington Post в руководстве США. В то же время он добавил, что не ожидал такого быстрого и острого противостояния. 

О том, насколько быстро могли поссориться два самых влиятельных человека в Соединённых Штатах, можно спорить, но мнение о неизбежности конфликта выглядит оправданным. Стоит вспомнить хотя бы о том, что до 2024 года бизнесмен поддерживал демократов, голосовал за Хиллари Клинтон и Джо Байдена, а в 2017 году объявил о выходе из всех консультативных советов при президенте США в знак протеста против решения Трампа вывести США из Парижского соглашения по климату. Поддерживать республиканца Маск начал лишь незадолго до выборов 2024 года и вскоре после того, как на Трампа совершили покушение в ходе предвыборного митинга. При этом практически сразу после вступления Трампа в должность излишняя самоуверенность и чрезмерная активность Маска начала раздражать некоторых соратников президента. Бизнесмен возглавил Департамент эффективности государственного управления, призванный помочь сокращению бюджетных расходов, и почти сразу представителям Белого дома пришлось напоминать Маску, что у его полномочий есть пределы. Противостояние такого амбициозного миллиардера и человека, называющего себя лучшим президентом в истории, действительно рано или поздно должно было начаться.

Первые признаки разлада стали появляться ещё до ухода Маска с поста главы DOGE. Статус специального госслужащего не позволял Маску работать на федеральное правительство больше 130 дней в течение года, и уже в апреле источники американских СМИ в Белом доме сообщили, что Трамп пообещал не продлевать этот срок. На публике бизнесмен и президент продолжали демонстрировать взаимную поддержку, однако сам факт того, что Трамп не попытался продлить пребывание Маска на официальной должности при администрации, хотя изначально вроде бы собирался это сделать, уже заставлял задуматься. Последним «знаком дружбы» стала совместная пресс-конференция, проведённая перед уходом Илона Маска с должности главы DOGE. Глава государства поблагодарил соратника за работу и высоко оценил её результаты.

Однако вскоре публичные хорошие отношения также закончились. Трамп и Маск обменялись серией гневных сообщений в соцсетях, а в вашингтонских кругах заговорили о грядущем затяжном противостоянии. Онлайн-ссора началась с того, что Маск резко раскритиковал продвигаемый Трампом законопроект, предполагающий сокращение невоенных расходов, снижение налогов и расширение налоговых льгот, а также наращивание государственного долга. Американский президент позиционирует этот закон как самую масштабную свою инициативу по возрождению экономики США. А владелец Tesla назвал законопроект «возмутительной мерзостью» и подверг жёсткой критике всех, кто голосовал за него. Документ тем временем уже прошёл палату представителей и ожидает голосования в Сенате, где у республиканцев минимальное большинство. Достаточно всего двух-трёх голосов республиканцев против закона, и верхнюю палату он не пройдёт. Так что не исключено, что мнение Маска может повлиять на судьбу законопроекта. Позднее бизнесмен заявил, что Трамп выиграл выборы только благодаря ему, и даже призвал к импичменту президента, чтобы этот пост мог занять вице-президент Джей Ди Вэнс. Трамп заочно ответил своему оппоненту, что выиграл бы выборы и самостоятельно, пригрозил разрывом госконтрактов с компаниями Маска и отметил, что недовольство миллиардера вызвано сокращением субсидий на электромобили. 

По мнению наблюдателей, эта причина действительно сыграла свою роль. Кроме того, Маску не удалось провести на пост главы NASA своего друга, миллиардера Джареда Айзекмана, что грозит ему ещё и потерей контрактов для SpaceX в аэрокосмической сфере.

Пожалуй, самым жёстким выпадом Маска стал пост с намёком на то, что имя Дональда Трампа фигурирует в файлах Эпштейна, и именно поэтому они якобы до сих пор не опубликованы. Финансист Джеффри Эпштейн был обвинён в торговле людьми и сексуальной эксплуатации несовершеннолетних. Распространялись неподтверждённые слухи о том, что его услугами пользовались многие знаменитости. Сам финансист совершил самоубийство. Это произошло ближе к концу первого президентского срока Дональда Трампа. 

Возможно поняв, что перешёл некую красную черту, Маск вскоре удалил свой пост с упоминанием дела Эпштейна, но демократы в Конгрессе уже потребовали от ФБР проверить эту информацию. А более широкие последствия масштабного противостояния Трампа и Маска только предстоит оценить, тем более что оно, по-видимому, ещё далеко от завершения.

В беседе с изданием «Московские ведомости» кандидат политических наук Игорь Егоров напомнил, что политический союз Дональда Трампа с Илоном Маском стал лишь одним из проявлений более широкого консенсуса американских элит для приведения Трампа к власти на второй президентский срок. Политолог отметил, что республиканца поддерживали и другие крупные бизнесмены.

«Трамп должен был стать кризис-менеджером, которому необходимо решить три главных международных проблемы. Во-первых, найти какой-то выход из российско-украинского конфликта, который стал затяжным. Во-вторых, решение ближневосточной проблемы в самом широком смысле. Трампу необходимо обеспечить долгосрочное существование Израиля и решить ряд других задач. Что-то удалось сделать даже до его вступления в должность или вскоре после инаугурации. В частности, достигнут консенсус, приведший к свержению режима Башара Асада в Сирии и приходу к власти режима, менее враждебного Израилю. США удалось достигнуть перемирия с хуситами в Йемене. Но главное – иранскую ядерную программу пока остановить не удаётся. Переговоры продолжаются раунд за раундом и фактически зашли в тупик, а верховный лидер Ирана чётко заявил, что Тегеран намерен продолжить обогащение урана», — отметил Егоров.

Третьим важнейшим для администрации Трампа вопросом политолог назвал достижение торговых договорённостей с Китаем. Наиболее высокие взаимные пошлины удалось приостановить, избежав крайне негативных сценариев, но в целом переговоры по будущему взаимной торговли пока не принесли желаемых результатов. 

«Конечно, отсутствие продвижения по этим трём трекам привело к тому, что и широкий консенсус, благодаря которому Трамп стал президентом, начал рушиться. Представители элит начали думать, что надо действовать иными методами, кому-то больше уступить, на кого-то больше надавить, а в администрации Трампа с этим, очевидно, не согласны. Так что неверно говорить о том, что конфликт Трампа с Маском вызван исключительно «большим и красивым», как его называет Трамп, законом о налогах. Это отражение более широких внутриэлитных процессов. Для России, с одной стороны, это позитивный процесс, потому что любые разногласия в стане противников Москвы дают РФ больше пространства для активности. Но с другой стороны, этот конфликт показывает, что быстрого-урегулирования российско-украинского конфликта, которого добивался Трамп, пока не будет», — заключил Игорь Егоров.

Самым очевидным последствием конфликта Трампа и Маска, если он затянется, может стать раскол Республиканской партии, поскольку как минимум части конгрессменов в преддверии скорых выборов может понадобится финансовая и медийная поддержка самого богатого человека планеты. 

Ведущий аналитик Freedom Finance Global Наталья Мильчакова отметила, что Маск действительно может лишиться госконтрактов в автомобильной и аэрокосмической сферах. Пострадает и капитализация его компаний. Но у противостояния, по словам эксперта, могут быть и куда более широкие, геополитические последствия. Для Маска крайне важны производство и продажи его электромобилей в Китае. И если в ближайшее время не будет достигнуто хотя бы внешнее примирение с Трампом, он может начать оказывать поддержку Пекину, что для американского лидера стало бы неприятным сюрпризом. 

Некоторые экономические последствия ссоры может ощутить на себе и Россия. 

Политолог Роман Синицын в интервью «Московской газете» предположил, что принятие «большого красивого закона» Трампа, предполагающего увеличение госдолга на 3,5 трлн долларов в ближайшие 10 лет, может привести к снижению потребления нефти в США, а значит и к падению мировых цен на энергоносители. Соответственно, если Маск всерьёз решит воспрепятствовать принятию этого закона и преуспеет в этом, данного эффекта получится избежать. Наконец, в случае разрыва контрактов NASA со SpaceX временно может возрасти спрос на использование российских кораблей «Союз», но этот эффект вряд ли будет длительным. 

Впрочем, хотя такая вероятность прямо сейчас выглядит небольшой, стороны конфликта ещё могут пойти на его деэскалацию. Financial Times со ссылкой на свои источники утверждает, что окружение Трампа и Маска подталкивает их к примирению, однако бизнесмен пока не отвечает на звонки представителей Белого дома. В то же время впервые с начала публичной ссоры Маск косвенно поддержал действия американского президента. Он репостнул на своей странице в X сообщения Трампа с обещанием навести порядок в Калифорнии и критикой губернатора штата Гэвина Ньюсома. 

Ранее Трамп приказал отправить в Лос-Анджелес 2000 нацгвардейцев для подавления беспорядков, вспыхнувших из-за рейдов по депортации мигрантов. Губернатор Калифорнии, представляющий Демократическую партию, потребовал от президента США отменить решение о вводе нацгвардии. Маск никак не прокомментировал репосты слов Трампа, однако сам этот факт показывает, что у них ещё остаются точки соприкосновения. Возможно, оба оппонента ещё оценят издержки от противостояния и откажутся хотя бы от излишне резкой критики друг друга. Хотя представляется, что характер Трампа и Маска, их импульсивность и уверенность в собственной правоте могут этому сильно помешать.

Президент США Дональд Трамп ввел 25-процентные пошлины на импорт автомобилей, что дало российским автомобилистам надежду на дешевые машины из Китая в будущем

«Я, возможно, расстрою тех, кто надеялся, что Китай уйдет из США в отсутствие спроса и «завалит» российский рынок дешевыми автомобилями. Если брать введенные пошлины без учета ряда других факторов, то никакого влияния на цены в России они не окажут», — отметил главный редактор журнала «За рулем» Максим Кадаков. 

По его словам, в США сегодня приблизительно 30-40% автомобилей завозятся из-за рубежа. На американский рынок и выбор покупателей пошлины, скорее всего, окажут негативное воздействие, однако на Россию это не распространится. 

«У китайских производителей уже есть производства в Мексике, откуда они заходят в США. К нам же автомобили идут с других заводов, поэтому о перенаправлении потоков непосредственно из Мексики в Россию речи не идет», — сказал автоэксперт.

По словам Кадакова, введенные Трампом импортные пошлины ударят по кошельку американцев: подорожают одежда, техника, продукты питания. 

«В результате потребительский спрос сократится, это значит, что и производства будут страдать. В перспективе может упасть и стоимость нефти, а это, как мы понимаем, повлияет на цены на мировом рынке. Таким образом, в результате введенных в США импортных пошлин китайские автомобили могут не просто не подешеветь, но даже и вырасти в цене, в том числе для российского рынка», — подытожил автоэксперт.