Российский медиарынок динамично меняется, однако потребность в качественной и достоверной информации останется неизменной. С таким мнением недавно выступил гендиректор медиахолдинга LIFE Денис Арапов. Современный журналист должен не только уметь писать хорошие тексты и разбираться в проблемах, которые он берётся освещать, но также хорошо чувствовать аудиторию и обладать навыками работы с информационными технологиями.
О том, с чего начинается карьера журналиста, как добиться успеха в профессии и какие качества необходимо в себе развивать, корреспондент «Московской медиагруппы» в рамках проекта «Журналистика» поговорил с журналистом Виталием Воловатовым.
— Виталий, что привлекло вас в профессии журналиста, почему вы её выбрали?
— Во многом мой выбор – дело случая, потому что как таковых идей у меня не было вообще. И где-то за полгода до окончания 11 класса я с ужасом осознал, что скоро надо куда-то поступать. Куда? На кого? В Волгоградской области был лагерь для юных журналистов, где раньше был проект «Острое перо» и находились различные мастерские: газеты, телевидение, радио, верстка. То есть ты выбираешь какое-то направление, которое тебе интересно, и ходишь, занимаешься. Преподавателями там были практикующие журналисты и студенты журфака Волгу.
— Какое вы направление выбрали в этом лагере?
— Я попал в радиожурналистику. В принципе, понравилось, но по большому счёту от радио там была только работа с микшерным пультом. На радио я оказался сильно позже, и всё это было несколько не так, как в детском лагере. Впрочем, с остальными направлениями тоже. Но мне понравилось, я стал ездить на эти смены и в итоге решил, что буду поступать на журфак ВолГУ.
— У вас перед поступлением был уже какой-то опыт?
— Опыт был из детских смен, это была игра в журналистику. На моей учёбе это никак не отразилось, а большую роль сыграли ЕГЭ и вступительные экзамены. Там был творческий конкурс, я на него даже какие-то публикации представил.
— Как вы считаете, какими качествами должен обладать успешный журналист?
— Успешному журналисту, в первую очередь, важна стрессоустойчивость. Я знаю, что это банальное определение, его все себе пишут в резюме, но это действительно так, потому что работа очень нервная, напряженная. Какие-то вещи выбивают из колеи, бывает тяжело.
— Какие моменты выбивали из колеи вас и как вы их преодолевали?
— Такое бывало довольно часто. Все мы — люди, а согнуть можно даже железный лом. Универсальное действие — остановиться, подумать, подышать. Буквально. Делать дыхательную гимнастику, если знаете упражнения, или просто продышаться. Зимой помогает выйти на улицу в рубашке: достаточно быстро приходишь в себя. Умыться холодной водой. Главное – не паниковать, не принимать никаких решений на эмоциях, потому что иногда бывает, что тебя загружают сверх меры.
— С какими трудностями вам приходится сталкиваться в своей работе и как вы с ними справляетесь?
— Самая главная трудность — это затягивание сроков. Тебе нужна какая-то информация к определённому времени. Ты подаешь запрос, ждешь ответа. И начинается… Периодически приходится сотрудникам пресс-служб напоминать о том, что это они на запросы граждан отвечают в течение тридцати дней, а для запросов от СМИ срок намного меньше.
— Как справиться журналисту, особенно молодому, с этими и другими сложностями?
— Задача сложная, но есть один хороший вариант. Со мной как-то работала коллега, и у нее, пожалуй, единственной в отделе не было проблем с затягиванием комментариев, благодаря чему её материалы всегда выходили вовремя. Я её как-то спросил, в чём её секрет. Она посоветовала делать всё заранее. Она закидывала пачку запросов в разные ведомства, и, соответственно, если затягивают одни, то ответят другие. А если нет, то давно затянутое подтянется, и у нее каждый день что-то приходило. В общем, ей было, с чем работать. Постарайтесь иметь подушку безопасности.
— Как вы находите темы для своих статей и есть ли у вас какой-то источник вдохновения?
— Всё зависит от специфики издания. Например, сейчас я работаю в портале оружейной отрасли, это одна специфика. Когда я работал в общественно-политических изданиях, там было по-другому. Здесь, особенно если ты работаешь в отделе «Общество», вообще все просто: идёшь по улице, видишь, где-то брусчатка вздулась, где-то ещё что-то. Стоишь на остановке, ждёшь трамвай на сорок минут дольше обычного, например. Пожалуйста, темы. Вдобавок помогают соцсети; я их не очень люблю, но это не значит, что не пользуюсь. Например, когда я работал в издании «МК Ямал», очень много тем приходило как раз от самих жителей в группах в соцсетях. Соответственно, пишешь автору поста, спрашиваешь какую-то дополнительную информацию, но опять же, это если ты работаешь в общественном отделе. Если у тебя отдел, например, экономики, то тут уже опоздавший трамвай не пойдет за инфоповод, хотя чисто теоретически можно и это притянуть. Может, есть проблемы с финансированием общественного транспорта или изношенностью коммунальной инфраструктуры…
— Как вы справляетесь с критикой и как она влияет на вашу работу?
— Это зависит от того, от кого исходит критика. Потому что, если со стороны каких-то сторонних комментаторов, да, это хорошая и объективная оценка, если тебя не критикуют, значит ты ничего не делаешь. Но если ты выполнил свою работу качественно, согласно стандартам, то, соответственно, всё нормально. А так — собака лает, караван идет. Если критика приходит от коллег или от руководителя, то тут уже по-разному. Если по делу, повод задуматься, сделать выводы и исправиться. Если без дела, то, конечно, очень неприятно, очень сильно раздражает. В журналистике, особенно в крупных изданиях, очень велико влияние личностного фактора, например, распространенный аргумент: «почему это должна читать моя бабушка?». Такая критика неконструктивная, она, конечно, очень сильно выбивает из колеи.
— Какие вы можете дать советы начинающим журналистам и от каких ошибок предостеречь?
— В первую очередь, надо приучить себя всегда выполнять договоренности. То есть пообещал — делай, не уверен, что сделаешь — не обещай. Для вас, я думаю, не секрет, что в обществе частенько ходит такое мнение, что якобы журналисты все продажные. Так происходит, потому что, к сожалению, много действительно беспринципных людей. Конечно, это не все журналисты, но их не так мало. Тут, знаете, как с мотоциклистами: большинство мотоциклистов на самом деле вполне законопослушные граждане, но все запоминают именно тех, которые газуют под окнами в два часа ночи. И на всех остальных распространяется негативное мнение. То же самое с журналистами. Чтобы легче было работать в дальнейшем, чтобы тебя нормально воспринимали в обществе, нужно соблюдать договоренности. Кроме того, как я уже и говорил, стоит всегда иметь какой-то запас тем; если кого-то записываете, всегда предупреждайте, особенно если это разговор по телефону. Здоровайтесь, представляйтесь и говорите: «я хочу записать нашу беседу».
— Как технологии изменили вашу работу за последние годы? Пользуетесь ли вы новыми инструментами для создания контента?
— Моя работа не особенно изменилась, потому что я пришел в журналистику, когда уже были диктофоны. Хотя я иногда пользуюсь нейросетью-расшифровщиком, которая переводит звук в текст. Это, конечно, ускоряет дело, особенно если отрабатываешь какое-нибудь крупное мероприятие, у тебя полуторачасовая сессия записана или интервью. Но порой машинную расшифровку вообще бывает очень трудно разобрать. А в остальном нет, генеративные ИИ я не использую. Мне проще и быстрее самому всё это написать. Впрочем, нейросети ещё только развиваются, со временем они станут лучше и, возможно, будут выдавать более качественный результат, займут свое место инструмента для выполнения определенных задач.
— Расскажите о вашем рабочем дне. Как он обычно проходит?
— Прихожу на работу, проверяю почту, смотрю, что нападало за ночь, разгребаю какую-то пришедшую текучку, дальше у меня есть план публикации, я этому плану следую. Приходят тексты от внештатников иногда, я их вычитываю, сам что-то пишу, публикую. Периодически бывают какие-то совещания, собрания. Иногда надо съездить на какую-то встречу. Основное — это сбор, подготовка материалов. Примерно то же самое было, когда я был просто корреспондентом: ты сначала собираешь информацию, потом перерабатываешь и публикуешь ее.
— Как вы оцениваете успех своих материалов? И сколько примерно времени может понадобиться на их подготовку?
— По-разному. Зависит от типа текста, сложности темы. Стандартный лонгрид, если без комментариев экспертов, просто по открытым источникам собрать какую-то информацию, у меня уходит где-то три или четыре часа. Новости, соответственно, пишу минут за сорок. Но это я сейчас просто имею возможность не напрягаться. Если что-то срочное, то от пяти до пятнадцати минут, все по стандарту. Если стандартный какой-то текст примерно на пять тысяч знаков, то его вычитка занимает минут сорок, наверное, если автор хороший. А если автор, за которым надо постоянно перепроверять какие-то технические моменты, то тут уже может и до полутора, и до двух часов доходить. Но с такими я стараюсь не сотрудничать. Вообще показатель успешности материала — это, конечно, просмотры. Если счетчик просмотров есть, то хорошо. В газете это оценивать сложнее.
— Как находить актуальные инфоповоды? Какими ресурсами и средствами пользоваться, с кем связываться?
— Во-первых, конечно, надо стараться подружиться с сотрудниками пресс-служб в профильном направлении, иногда что-то они будут подкидывать, но, скажем честно, для того чтобы они сами начали тебе предлагать какой-то хороший эксклюзив, надо приложить массу усилий и потратить какое-то время, хотя бы года два совместно поработать. Соблюдайте договоренности, и люди увидят, что с вами можно работать, вы хороший человек, и тогда периодически чем-то помогут. В основном крутые эксклюзивные инфоповоды достаются знаменитым журналистам. Ещё хороший вариант — прослеживать какую-то историю в динамике. Например, полгода назад писали, что появится новый сквер в таком-то районе Москвы. Открываете карту, смотрите, появился или нет. Если нет, можно выяснить, почему и когда появится. Вообще отслеживать какую-то тему — очень хорошая привычка, потому что это долгоиграющая история, которой можно заниматься.
