Метка: Образование

Молодые люди из 54 регионов России соревновались в знании технологий будущего

С 11 по 30 сентября школьники и студенты колледжей со всей России демонстрировали свои знания в онлайн-викторине «Национальные инноваторы». Мероприятие объединило более 2500 участников, которые сразились в таких дисциплинах как «Искусственный интеллект», «Беспилотная авиация», «VR/AR-технологии», «Программирование игр» и «Интернет вещей и роботы» и других.

«Проект «Национальные инноваторы» организован Союзом участников отношений в сфере образования при поддержке Минпросвещения Российской Федерации в рамках национального проекта «Молодёжь и дети». Он нацелен на раннюю профориентацию, развитие практических навыков в робототехнике, программировании, работе с беспилотными системами и искусственным интеллектом», — рассказал научный консультант проекта Алексей Ганеев. По его словам, подобные мероприятия вносят важный вклад в формирование технологического суверенитета страны.

Как отметила президент Обрсоюза Наталья Шадрина, по итогам викторины были определены 20 победителей. Они получили ценные призы и сертификаты. Лучших пригласили принять участие в региональных мероприятиях проекта. 

Высшее образование остаётся важным для отдельных профессий и всего человечества

Всё меньше россиян считают высшее образование обязательным условием для нахождения хорошей работы и достижения жизненного успеха. Такую тенденцию фиксируют многие социологи, включая аналитиков ВЦИОМ. По их данным, с 2018 года доля жителей России, считающих, что отсутствие университетского диплома оставляет человеку возможность получить только низкооплачиваемую и непрестижную работу, снизилась с более чем 40% до 31%. Зампред Госдумы Виктория Абрамченко также считает, что долю россиян, получающих высшее образование, стоило бы снизить с половины до трети, а остальным необходимо получать средне-специальное образование, чтобы осваивать рабочие профессии и приносить больше пользы для экономики. 

Однако ряд специалистов высказывают сомнение в том, что потребность в выпускниках вузов действительно снижается. Заместитель исполнительного директора Школы бизнеса МИРБИС, кандидат педагогических наук Анна Бурлакова отметила, что потребность в квалифицированных кадрах по-прежнему высока, а особенно работодатели нуждаются в сотрудниках со степенью МВА и ЕМВА. Таким кандидатам при трудоустройстве по-прежнему отдаётся предпочтение. Данные опросов, свидетельствующие о снижении интереса россиян к высшему образованию, Бурлакова объяснила временными факторами, связанными с трансформацией системы образования. Декан филологического факультета РУДН Виктор Барабаш не заметил падения спроса на образование в вузах. В РУДН в рамках текущей приёмной кампании число заявок на поступление остаётся высоким. Однако Барабаш признал, что следует внимательно изучить опыт Советского Союза в части поддержания разумного соотношения граждан с высшим и средне-специальным образованием.

Для ряда специальностей, таких как врачи и педагоги, а также для многих должностей госслужбы высшее образование остаётся обязательным условием. Для финансистов и бухгалтеров, на качественной работе которых во многом держится весь бизнес и государственный сектор, необходимо не просто получить высшее образование, но и стать действительно компетентным специалистом. По отзывам экспертов и представителей бизнеса, многие дипломированные финансисты на практике в начале своей карьеры не могут решить элементарные задачи, поэтому финансово-экономическое образование в России нуждается в кардинальных улучшениях. 

Основатель консалтинговой компании FAUDIX, финансист Наталья Гусева в беседе с изданием «Московские ведомости» подтвердила, что на рынок труда сейчас выходит немало низкоквалифицированных финансистов, которые претендуют на должности вплоть до финансового директора компании, однако прошли лишь краткосрочные курсы переподготовки. Из-за этого и сам такой специалист не может качественно выполнять свою работу, и профессия в целом обесценивается в глазах предпринимателей. Возможное падение интереса россиян к высшему образованию Наталья Гусева также связала с распространением онлайн-курсов. 

«Люди проходят такие курсы и получают возможность удаленно работать из дома. Например, SMM-менеджер, стори-мейкер, продюсер экспертов и т.д. Однако в этом факте скрыто немало заблуждений. Во-первых, позиции, где высшее образование не требуется, часто оплачиваются ниже, чем вакансии с требованиями высшего образования. Во-вторых, есть профессии, которые требуют обязательного наличия высшего образования. Однако продавцы онлайн-курсов создают впечатление, что в такие профессии можно войти после пары-тройки месяцев обучения. Это обесценивает рынок профессий, а главное усилия, которые тратят люди на полноценное вузовское образование. Курсы, которые можно пройти онлайн, чаще всего предлагаются в форме информационно-консультационных услуг. На таких курсах нет должной аттестации учеников, а у авторов и кураторов отсутствует профильное образование и опыт работы. Это приводит к тому, что на рынок приходит много «специалистов-новичков» в профессии, без высшего образования, после кратковременных курсов. Они готовы работать за меньшие деньги и часто выполняют работу на уровне гораздо ниже требуемого для качественного результата», — объяснила эксперт.

Наталья Гусева добавила, что действительно существует немало профессий, где диплом вуза не является обязательным, однако профессии финансиста, экономиста или бухгалтера к таковым не относятся. 

«Я хочу сделать акцент на том, что есть специальности, которые требуют обязательного наличия высшего образования. Это связано с уровнем ответственности, с которой сопряжена работа. Качественные краткосрочные курсы действительно могут усилить навыки специалиста с опытом работы и высшим профильным образованием, но никак не заменить высшее образование», — резюмировала финансист.

Клинический психолог, основатель «Московской медиагруппы» Валерий Ивановский подчеркнул, что вопрос образования является цивилизационным и ключевым для любого государства. 

«Образование – это фундамент и культуры, и политики, и экономики, и спорта. По-другому образование можно назвать социализацией, то есть усвоением всего лучшего опыта предшествующих поколений, благодаря которому мы можем сегодня жить, находиться в комфортных условиях и дальше двигаться по пути прогресса. Этот путь предполагает улучшение, усложнение, расширение линейки потребностей. Причём потребности расширяются в сторону духовных и нравственных. Именно на них по мере эволюционного развития человечества смещается фокус внимания, который прежде был направлен на материальные потребности», — рассказал Валерий Ивановский.

Психолог напомнил, что после удовлетворения материальных потребностей, которое в современном мире происходит в основном с помощью денег, человек переходит на уровень социально-психологических потребностей. Человеку хочется общаться с другими людьми, занимать определённое положение в обществе, получить любовь и уважение окружающих. А следующим этапом становятся духовные потребности, к которым принято относить потребности в знании, красоте и самореализации. 

«Парадокс заключается в том, что без образования человек не сможет не только удовлетворить свои духовные потребности, но и в полной мере осознать их. Образование является тем инструментом, который делает человека человеком и даёт ему не только надежду, но и возможности реализовать свои самые возвышенные устремления», — заключил Валерий Ивановский.

Ранее вице-премьер РФ Дмитрий Чернышенко рассказал, что в 2025-2026 учебном году в 1,2 тыс. российских вузов будут учиться 5 миллионов студентов. Самыми популярными направлениями подготовки стали инженерное, медицинское и педагогическое.

В Госдуме обсудили роль системы среднего профессионального образования в кадровом обеспечении отраслей производства

На «правительственный час» пригласили профильных министров, а также вице-премьера Дмитрия Чернышенко.

Депутаты обозначили ряд ключевых проблем в сфере среднего профессионального образования. Прежде всего, это коммерциализация СПО – по данным Минпросвещения, в прошлом году практически каждый второй студент техникума или колледжа учился на платной основе.

Ещё одна проблема – существенный перекос в сторону специальностей, не связанных с рабочими профессиями. Возвращаясь к данным прошлого года, спикер Госдумы Вячеслав Володин сообщил, что доля таких выпускников среднего звена составила 59%, при этом 23% выпускников учреждений СПО – это юристы, экономисты и управленцы.

Депутаты также предлагают отменить сдачу ОГЭ и ЕГЭ для поступающих в учреждения СПО после 9-го и 11-го классов.

«По тем направлениям, по которым выпускники наиболее востребованы, СПО должно быть бесплатным, в том числе и потому, что ядро получающих такое образование – как правило, дети из малообеспеченных семей», — отметил председатель Комитета по контролю Олег Морозов.

Председатель думского комитета по труду, социальной политике и делам ветеранов Ярослав Нилов считает, что детей нужно профориентировать ещё до школы. В качестве примера он привёл Татарстан, где на уровне детского сада у ребёнка есть портфолио с его склонностями к тому или иному занятию и навыками.

По словам парламентария, нужно навести порядок с целевым набором, и переформатировать эту систему так, чтобы заинтересовать предприятия готовить кадры для своих будущих производств через целевое обучение.

«Импортозамещение должно быть и в трудовой сфере», — заявил депутат.

Министр труда и соцзащиты РФ Антон Котяков отметил рост дефицита квалифицированных рабочих кадров на рынке труда. По его словам, количество вакансий на одного безработного по квалифицированным рабочим специальностям выросло в 2,5 раза, а кадровая потребность до 2030 года составляет не менее 2,4 млн человек. 

Глава Минпросвещения Сергей Кравцов сообщил, что к 2030 году в колледжах планируют подготовить около 2 млн специалистов, при этом структура приема была изменена в пользу технических профессий. Контрольные цифры приема на экономику и право уже сокращены.

Спикер Госдумы призвал профильных министров к более активным действиям. По его словам, они должны заниматься не прогнозными показателями, а выходит в Думу с законодательными инициативами.

«Нужно наполнить рынок профессиональными рабочими и не рассчитывать на низкоквалифицированные мигрантов. На стройки, заводы и в АПК должны прийти наши профессиональные и подготовленные кадры», — заявил Володин.

Ранее в Госдуме предложили промаркировать блогеров.

Российская социально-экономическая действительность столкнулась с проблемой структурной нехватки кадров при крайне низких показателях безработицы. Выходит так, что безработица находится на рекордно низких уровнях, но экономике при этом не хватает рабочих рук. Это уже вызвало высокую конкуренцию в определенных секторах рынка труда, сопровождающуюся резким ростом зарплат. О том, как преодолеть такой перекос без серьезных социальных последствий «Московские ведомости» пообщались с экспертами

Глава Минэкономразвития Максим Решетников заявил, что ведомство и в будущем ожидает низкий показатель по безработице – порядка 2,6 % в каждом году. При этом ведомство подготовило прогноз потребностей страны в кадрах до 2030 года. По его словам, при подготовке специалистов нужно учитывать именно их востребованность в отраслях экономики.

«Структурный дефицит кадров сейчас – это следствие того, что еще некоторое время назад люди шли учиться на юристов, финансистов, менеджеров и так далее, потому что именно в этих сферах можно было неплохо зарабатывать. Вузы в свою очередь охотно удовлетворяли этот спрос тем более, что люди с готовностью платили за обучение этим специальностям, в отличие от желания учиться на инженеров или вообще получать рабочие профессии. А в итоге вышло так, что у нас не хватает ни квалифицированных рабочих, ни инженеров. А экономике они сейчас остро нужны. Вот и возникла конкуренция, когда работодатель готов платить таким специалистам хорошие зарплаты. Это отчасти повлияло на то, что средняя зарплата по стране превысила 80 тыс. рублей. Хотя на это значение, конечно, оказали влияние и другие факторы», — рассказал кандидат экономических наук Михаил Беляев.

Одновременно он указал, что сейчас ситуация с кадрами начинает постепенно выправляться. Колледжи увеличивают выпуски молодых специалистов. Растет популярность инженерных специальностей в вузах.

«Если делать прогноз о кадрах, то он должен учитывать не столько нынешнее положение вещей, а то, к чему экономика придет через некоторое время. Поскольку сейчас за счет применения новых технологий будет происходить стремительная перестройка не только на уровне отраслей, но и в отдельных их сегментах. Будут появляться новые специальности, и эти потребности нужно закрывать готовыми специалистами. Вот тогда Россия в этом деле действительно добьется успеха. И к слову, за счет такой перестройки в обозримом будущем, при наличии подготовленных кадров, нам почти совсем не будет нужен труд мигрантов», — пояснил Беляев.

Тенденции, о которых сказал экономист, уже отчетливо проявляются. Например, по федеральной трассе М-11 между Москвой и Санкт-Петербургом уже курсируют грузовики-беспилотники. В скором будущем сфера доставки товаров тоже может перейти на беспилотные технологии. А для этого, соответственно, понадобятся и специалисты, готовить которых нужно заранее.

«Помощник президента РФ Владимир Мединский заявил, что сроки получения образования стоило бы сократить и больше уделять внимание профориентации. Но перед этим, я считаю, важно понимать, чему вообще нужно научить детей. В любом случае образование должно быть адаптировано к жизненным реалиям и экономическим потребностям. При этом оно должно быть направлено на обучение детей адаптации к динамично изменяющимся условиям. Не нужно учить по традиционному принципу «нарисуем – будем жить». Поэтому система образования должна включать две важные вещи. Во-первых, научение навыкам адаптации к изменениям, причем не только в теории, но и на практике. Поскольку люди, выпавшие из социальной жизни, не сумевшие адаптироваться становятся маргиналами. А это серьезная социально-экономическая проблема и источник нестабильности. Поэтому, во-вторых, помимо адаптации нужно еще и прививать навыки социальной интеграции. Люди не просто должны знать о потребностях в новых профессиях, например, но и быть готовыми их получать, переучиваться и так далее. И эти механизмы должны запускаться еще в школе и продолжать работать и дальше в обществе, чтобы побуждать людей осваивать новые специальности и идти в ногу со временем. Для этого система подготовки должна быть не только уделом педагогов, но и быть системой социальной ориентации, с работающими механизмами поддержки тех, кто не вписывается в изменения», — доктор экономических наук и социолог Иосиф Дискин.

Ранее «Московская газета» рассказывала, кто в реальности в России чувствует рост зарплат.

В школе им. Маршала Голованова, расположенной в корпусах на ул. Донецкая 14 и 14а, с мая продолжается капитальный ремонт. Недавно ход работ проверила депутат Мосгордумы Инна Святенко

Она отметила, что дети проводят в школе много времени, поэтому там должны быть созданы комфортные и безопасные условия, в которых хотелось бы учиться. В школе появится новое образовательное пространство, в разработке концепции которого участвовали не только проектировщики и дизайнеры, но и сами педагоги и ученики. Завершить все ремонтные работы планируется к началу следующего учебного года.

В Марьино девелопер «Самолёт» также ведёт строительство образовательного комплекса в составе ЖК «Домашний». Как рассказывали представители компании, в комплекс войдут школа на 875 учеников и детский сад, рассчитанный на 190 детей. Ещё один детсад такой же вместимости будет построен отдельно. Впоследствии все эти объекты будут переданы в собственность города. 

Административные и педагогические работники российских образовательных организаций на конкурсе «Сквозные образовательные траектории» поборются за грантовую поддержку до 500 тыс. рублей для реализации собственных образовательных программ, сообщает «Московская газета»

По словам организаторов конкурса, в нынешнем году он пройдет в шести номинациях: эффективное управление; воспитание и социализация; игровые формы и методы обучения; работа с детьми с особыми образовательными потребностями; профориентация и беспилотные авиасистемы; медиацентры.

Призовой фонд для каждой номинации — 1 млн рублей. Средства будут выделены в виде грантов на реализацию лучших программ общего, среднего профессионального и дополнительного образования детей. За первое место положен грант в 500 тыс. рублей, за второе – 300 тыс., а за третье – 200 тыс. рублей.

Конкурс стартует 1 июня. Первый этап — прием заявок — продлится до 10 августа. На втором этапе пройдет обсуждение 72 отобранных проектов-финалистов. С 11 по 13 октября в Москве состоится финал конкурса. Участие бесплатное.

С 2021 года конкурс собрал более 5 тыс. заявок из 80 регионов России. Поддержку получили 54 проекта.

Ранее портал «РБК Компании» назвал несколько главных причин, когда новому проекту нужна грантовая поддержка со стороны государства. Среди них: нехватка инвестиционного финансирования; необходимость ускоренного развития; привлечение внимания частных инвесторов к проекту, получившему государственный грант; большая социальная значимость идеи; желание извлекать бонусы при реализации стартапа.

Развитие искусственного интеллекта и его интеграция в образовательные процессы приобретает повсеместный характер. Эксперты все больше сходятся во мнении, что ИИ способен трансформировать интеллектуальную деятельность и оказать влияние на качество учебы и ее процесс

Высшая школа экономики (ВШЭ) намерена встраивать технологии ИИ во все свои образовательные программы с 2025 года, об этом сообщил в ходе Международного Кантовского конгресса в Калининграде ректор университета Никита Анисимов. 

Другие ВУЗы также не остаются в стороне — в России, заявила заместитель министра науки и высшего образования Ольга Петрова, уже 17 университетов и институтов предлагают бакалавриат по направлению «Искусственный интеллект». Сам ИИ она назвала помощником студента и преподавателя.

«Это инструмент, который у нас имеется. Раньше был калькулятор, потом он превратился в компьютер, а компьютер стал суперкомпьютером, позволяющим сделать решение задач более эффективным», — отметила Петрова, добавив, что процесс деятельности ИИ остается полностью управляемым.

Опасения по поводу того, что искусственный разум вытеснит ключевых специалистов и оставит людей без работы директор по развитию бренда Geek Brains Дмитрий Ющенко назвал преждевременными. По его словам, упор делается на активном взаимодействии человека с ИИ для того, чтобы упростить взаимодействие между людьми, ускорить достижение поставленных целей. 

О роли высоких технологий в сфере образования Дмитрий Ющенко рассказал в беседе с журналистом издания «Московские ведомости».

— Дмитрий, как ИИ можно применять в сфере образования?

— В первую очередь, это технологии для масштабирования количества людей, которые могут получить более качественное образование. Второе – это помощь преподавателям, тем людям, кто непосредственно оказывает образовательную услугу, это возможность работать быстрее и качественнее. И третье – это оценка и контроль качества и масштаба оказываемых образовательных услуг.

— Как вы думаете, в будущем искусственный интеллект сможет заменить учителей?

— Я думаю, об этом говорить преждевременно. Я считаю, что нет. Мое личное мнение: будут развиваться вторые пилоты, индустрия помощников, сокращаться скорость, масштабироваться объем оказываемых услуг. 

Искусственный интеллект часто галлюцинирует, выдает несоответствующую действительность информацию. Поэтому если удалить полностью человека из этого процесса, то есть риск создания совершенно некачественных материалов.

— Проректор НИУ ВШЭ Сергей Рощин на конференции сказал об эксперименте: чтобы студент написал свой диплом с помощью искусственного интеллекта. Если ваши слушатели, ученики будут пользоваться ИИ, как будут оцениваться их знания?

— На нашей платформе люди онлайн получают профессии в сфере ИТ. Наша задача развивать именно прикладные навыки, с которыми они выходят сразу на рынок труда. Поэтому мы, наоборот, своей целью ставим больше использовать ИИ и технологии промпт-инжиниринга. Это позволяет ученикам быстрее осваивать новые профессии.

Российское образование, в том числе высшие учебные заведения, в этом году ждёт очередная волна изменений. В вузах они, прежде всего, связаны с расширением целевого обучения в интересах конкретных работодателей. В стране сохраняется дефицит специалистов во многих сферах, продолжается переход на отечественные ИТ-решения в рамках достижения т.н. технологического суверенитета. Однако существуют и более глобальные тренды, которые заключаются, в том числе в переосмыслении ролей преподавателей и студентов в образовательном процессе.

Наиболее результативные подходы к решению назревших вопросов в системе высшего образования старались найти и участники, и организаторы форума управления совершенным образованием НИТИ, который прошел в МГИМО. 

Одним из последних нововведений в системе образования стало разделение образовательного пространства на три части: универсальные компетенции, выбор студента и профили, которые остались в университете. О ключевых изменениях в вузах журналист издания «Московские ведомости» поговорила с участником форума, выступившей с докладом о трансформации учебного процесса в университетах, руководителем АНО «Кампус БИМ» Таисьей Погодаевой.

— Таисья Владимировна, какие три фактора влияют на реализацию проектов трансформации в образовании?

— Первый фактор – наличие сильного лидера, то есть руководства. Вторым является команда, а третьим – осознание необратимости изменений. Все должны понимать, что изменения нельзя остановить. Когда у людей появляется ощущение необратимости изменений, то они перестают им сопротивляться.

— Можно ли назвать индивидуализацию образования одним из главных изменений?

— Да, это основная характеристика в модели образования. Каждый студент субъектен, поэтому он должен участвовать в формировании своего образовательного пути. Обучение в университете – это очень важный шаг, и студент должен по-настоящему в нём участвовать. Нельзя научить студента быть субъектным, не давая ему права выбирать и конструировать учебный план, а также нести за него ответственность. Миру нужны ребята, которые готовы брать ответственность за себя, ставить цели, планировать, реализовывать свои планы и не бояться изменений. Этому нужно где-то учиться, но если школы, университеты, родители подавляют в молодом человеке субъектность, то мы получим только инфантильных людей, неумеющих принимать решения.

Студент и университет разделяют ответственность за свой образовательный маршрут. Мы можем дать качественное и избыточное образовательное пространство, а они точно справятся с тем, чтобы выбрать то, что им действительно интересно.

— Как ещё можно улучшить образовательный процесс?

— Во-первых, образовательный процесс – это люди. Нельзя изменить образовательное пространство, при этом не работая с коллективом. Работа с педагогами, со студентами – это один из способов повысить качество. Во-вторых, нужно создать среду, которая способствует вовлечению в образовательный процесс. Я не верю во внешнюю мотивацию, она может быть только внутренней. Нужно помочь студенту найти внутреннюю опору и научить работать с постановкой и реализацией целей. Навязать это не получится. 

— Как преподаватели отнеслись к таким изменениям?

— Конечно, люди не так легко меняются, но если в человеке есть внутренний задор, желание что-то делать, то это надо поддерживать. Мы много работали с преподавателями. У нас была большая многоэтапная программа обучения и методической поддержки преподавателей. Самое главное – с людьми надо работать. Если руководство хочет, чтобы педагоги владели современными педагогическими технологиями – надо организовать место, где они могут это получить.

Ещё в 2022 году министр науки и высшего образования России Валерий Фальков официально объявил, что РФ выходит из Болонской системы высшего образования и начинает разрабатывать собственную модель. Болонская система, названная так по имени итальянского города Болонья, где была подписана декларация о создании зоны европейского высшего образования, появилась в 1999 году и объединила свыше 40 государств. Она направлена на то, чтобы студенты могли комбинировать направления подготовки с целью освоения наиболее необходимых им компетенций, а также сравнительно беспрепятственно переходить из одного вуза в другой в границах стран-участниц Болонского процесса. Для этого введена единая система степеней образования – бакалавриата, магистратуры и докторантуры, оформлена договорённость о взаимном признании дипломов и внедрён единый принцип оценивания на основе зачётных кредитов, по сумме которых признаётся определённый уровень знаний студента

РФ последовательно внедряла у себя все эти элементы. Но два года назад Валерий Фальков заявил, что Болонская система для нас является пройденным этапом и теперь необходимо перейти к собственной модели высшего образования, ориентированной на интересы национальной экономики и предоставляющей студентам максимально широкие возможности внутри страны. Москва сетовала, что на самом деле российские дипломы так и не приобрели обещанной ценности в странах Европы, а на национальную систему образования якобы оказывается чрезмерное идеологическое давление Запада. 

О том, как идёт процесс отказа от Болонской системы, каким образом это отражается на принципах функционирования высшей школы и чего ожидать студентам в ближайшее время, «Московской газете» рассказал декан филологического факультета РУДН, доктор филологических наук Виктор Барабаш. 

Прежде всего, Виктор Барабаш напомнил, что переход от двухуровневой системы к 5-летнему специалитету не будет повсеместным. Как заявляли в Минобрнауки, вузам будет позволено выбирать систему разделения уровней образования, чтобы была обеспечена гибкость в зависимости от сложности подготовки. 

«Ранее переход от Гумбольтовской (пятилетней) системы осуществлялся поэтапно на протяжении нескольких лет. Были переделаны учебные планы, выстроена логика пути студента. В частности, если говорить о подготовке журналистов в РУДН им. Патриса Лумумбы, то в бакалавриате мы осуществляем общериторическую подготовку, знакомим студентов со спецификой существующих медиа, а на уровне магистратуры идет подготовка управленцев в области СМИ или специализация в области международной журналистики или больших данных. И эта логика нравится как тем, кто учит, так и тем, кто учится. Представляется невозможным полностью ликвидировать бакалавриат, потому что высшая школа большинства стран функционирует в двухступенчатой системе подготовки квалифицированных кадров. Выпадение из неё означает возникновение трудностей на этапе межвузовского сотрудничества и признания дипломов в других странах. Для РУДН это особенно актуально, учитывая высокую интернационализацию вуза и большое количество иностранных студентов, приезжающих в Россию за магистерской степенью», — пояснил Виктор Барабаш.

Декан филологического факультета РУДН добавил, что и в советское время существовали специальности, подготовка по которым длилась 4 года. К примеру, столько продолжалось образование для будущих учителей. 

«Наша образовательная система всегда считалась одной из самых сильных в мире, поэтому есть смысл возрождать лучшие практики из нашего прошлого, частично внедряя их в нынешнюю образовательную систему, чтобы она отвечала актуальным запросам рынка труда и государственным задачам, но не разрушать то хорошее, что есть сейчас. Скорее всего, разумнее было бы оставить сосуществование обеих систем подготовки: двухступенчатой для гуманитарной сферы и пятилетнего специалитета для естественных и инженерных специальностей. Как известно, пилотные проекты, запущенные в шести российских вузах, как раз направлены на подготовку инженерных кадров», — заключил Виктор Барабаш.

Пилотный проект, о котором говорил декан филфака Российского университета дружбы народов, был запущен указом президента РФ Владимира Путина в мае прошлого года. Первоначально в нём участвовали 6 высших учебных заведений: Балтийский федеральный университет им. Канта, МАИ, МИСиС, МПГУ, Санкт-Петербургский горный университет и Томский госуниверситет. Проект предполагает разработку и внедрение программ базового и специализированного высшего образования, а также магистратуры, ординатуры и ассистентуры-стажировки для инженерных специальностей. О том, что российской экономике не хватает прежде всего инженеров и специалистов по различным отраслям производства, говорилось многократно. Ректор МГУ Виктор Садовничий также предупреждал, что вскоре может обостриться дефицит математиков и программистов. Апробация новых методик образования по этим направлениям призвана поспособствовать преодолению этой проблемы в будущем.

Что касается отказа от Болонской системы в целом, эксперты так и не пришли к единому мнению о пользе и рисках этого решения. Так, ректор Санкт-Петербургского государственного политехнического университета Андрей Рудской назвал выход из Болонского процесса правильной мерой, поскольку, по его словам, возможность на полпути менять профиль подготовки благодаря двухуровневой системе ведёт к выпуску из вузов недостаточно подготовленных специалистов, не освоивших в полной мере необходимые компетенции. Хотя Рудской также призвал реформировать высшее образование с осторожностью, чтобы не разрушить удачные наработки последних лет.

Ведущий эксперт Института образования НИУ ВШЭ Евгений Сженов в свою очередь признавал, что участие РФ в самом Болонском соглашении фактически заблокировали именно западные страны в инициативном порядке, поэтому решение о выходе из процесса де-юре было ожидаемым и логичным. С другой стороны, специалист назвал дискуссионным вопрос о том, стоит ли отказываться от принципов, положенных в основу Болонской системы, таких как многоуровневая система подготовки, поощрение академической мобильности и более активное вовлечение студентов в образовательный процесс. Ведь их можно сохранить и без формального участия в каких-либо декларациях. 

Директор Центра экономики непрерывного образования ИПЭИ РАНХиГС Татьяна Клячко и вовсе констатировала, что уход от Болонской системы не несёт в себе каких-либо серьёзных позитивных моментов. Она напомнила, что наиболее сложные инженерно-технические и медицинские специальности в России и так осваиваются по 5-летним программам специалитета. На такие программы проводилось до четверти всего набора в вузы, и Болонский процесс этому никак не мешал. Однако принятие общеевропейских стандартов высшего образования давало возможность подстраивать программы обучения под актуальные требования рынка труда. 

«Если мы считаем, что наш рынок труда перестанет быть современным, надо так и сказать молодежи», — говорила эксперт, добавляя, что формальный выход из Болонской системы также снижает привлекательность российских вузов для иностранных студентов, что невыгодно с экономической и репутационной точек зрения.

Впрочем, окончательное слово руководством российской образовательной сферы уже сказано – РФ перестала быть частью Болонского процесса. В Минобрнауки заявляли, что переход к национальной системе образования займёт несколько лет, и обещали, что эта реформа никак не повлияет на планы нынешних и будущих студентов. Проблема в том, что на оценку реальных преимуществ новой модели уйдёт ещё не один год после того, как она будет полностью внедрена. И пока спрогнозировать все последствия такого шага для различных направлений подготовки невозможно. 

В педагогическом сообществе и в обществе в целом по-прежнему обсуждаются законодательные изменения, предписывающие привлекать школьников к общественно-полезному труду в рамках образовательного процесса. Клинический психолог, основатель академии «ТРИЭТТА» Валерий Ивановский пояснил, что остроту дискуссии придаёт понимание того, насколько важен процесс обучения и воспитания детей для их дальнейшей жизни и как высока может быть цена ошибки. Психолог согласился со словами министра просвещения Сергея Кравцова, который призвал избегать перегибов в приобщении школьников к труду и подчеркнул, что, если не объяснить детям, зачем это нужно, трудовая деятельность будет проходить не по желанию самих школьников, а под внешним давлением педагогов. В таком случае мы рискуем столкнуться с феноменом вынужденного принятия, когда человек внешне делает то, что от него требуется, но его внутренние установки при этом не меняются. В этом случае такие цели, как помощь детям в их социализации и попытка привить ценности патриотизма, любви к Родине и к труду, не будут достигнуты.

Говоря о так называемых «цифровых детях», Ивановский посоветовал не забывать о здравом смысле. Некорректно напрямую сравнивать навыки и умения наших далёких предков и современных людей. Конечно, раньше люди были физически более развитыми, выносливыми, могли добыть пищу, сшить себе одежду и сделать многое другое, чего многие из нас сейчас не умеют. Но они не смогли бы полноценно жить в условиях современного города и цифрового общества. Ведь человек и его навыки должны быть актуальными тому времени и тем социальным условиям, в которых он живёт. Поэтому сейчас так много школьников хотят в будущем стать программистами и работать в IT-сфере. Ведь, в широком смысле, наше общество претерпело огромные изменения, став информационным. Информация является самым рациональным средством консервации энергии, движущей эволюцию, и именно получением, обработкой и распространением информации сегодня, главным образом, занимается человек. Приводя конкретный пример, клинический психолог отметил, что современному школьнику абсолютно не обязательно учиться сколачивать лавочку или стул, ведь мебель сейчас производится специальными станками, а для управления ими оператору зачастую как раз нужны знания в сфере IT. Недаром государство прикладывает такие усилия для развития именно технологических отраслей и привлечения специалистов. Ранее свои опасения по поводу общественно-полезного труда в школах также высказывал член СПЧ Александр Брод.